Дом, в котором

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дом, в котором » Интермедия » Художник с другой стороны


Художник с другой стороны

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

Название: Художник с другой стороны
Дата и время: 12.04.2014 г.
Участники: Чумка, Фея, Химера, Сфинкс

Отредактировано Сфинкс (2015-05-05 18:56:26)

+1

2

В последнее время Чумка чудовищно уставала. Она не занималась ничем особенно сложным, но тяжелые веки норовили прикрыться в любую секунду. Девушка пользовалась любой подходящей возможностью поспать, но сон избегал ее во вненочное время.
Лунатизм - нормальное явление в подростковый период. Чумке говорили, что пару раз она бросалась на запертую дверь, и это ее необыкновенно смущало. Но то время давно прошло.
Поэтому испачканные руки и грязные ноги, которые она обнаруживала утром, пугали ее.
Говорить об этом девушка не стала - в Доме случалось и не такое. Оставалось только перепроверять защелку на двери и просить спокойного сна.
В эту ночь Чумка стояла во дворе, продуваемая семью ветрами, с зажатым угольком в руке. Босая, с растрепанными волосами, в раздувающейся свободной кофте она напоминала то ли утопленницу, то ли еще кого из русских сказок. Уголь нещадно крошился в бледных дрожащих пальцах, но, кажется, Чумке до этого не было дела. Светлые глаза вот-вот превратятся в болото с мертвецами под мутной водой. Растянутые обыкновенно в глуповатой улыбке шершавые губы сейчас были плотно сжаты.
Игнорируя острые камешки, осколки битых стекол и веток под ногами, Чумка уверенно шла к стене. Конечно, разрисованной своими особыми рисунками, но на ней было достаточно место еще для одного. Самого важного.
На гладкой поверхности начали появляться расплывчатые очертания. Ветер позади Чумки воевал с упрямыми сухими деревьями, тучи на небе почти заслонили лунную монету - художнице все нипочем.
Птица на стене должна потерять крыло.

+3

3

Весна – время перемен, внезапных изменений в характере, а еще требований души, которые так и стремятся подтолкнуть любого к нарушению закона. Одни прячутся во двое, укрытые распускающимися почками деревьев; другие прячутся в ночных коридорах, тяжело дыша и вздрагивая от каждого шороха. Такова жизнь влюбленных, которую Дом наотрез отказывался принимать. Что поделать, закон есть закон.
Этим ранним утром Сфинкса разбудила толстенная книга, рухнувшая с кровати Черного. Хозяин литературы даже не проснулся, зато с кровати Лэри и других состайников донеслись прекрасные ругательства, вперемешку с проклятиями. Через пару минут все дружно засопели, лишь один Сфинкс так и не смог сомкнуть глаза. Глухой звук разбудил его и все еще отдавался эхом в голове, заставляя проснуться окончательно. Шея со спиной затекли и парень решил вставать, раз сон уже не собирался наведываться в его разум.
Одевшись с помощью Македонского, который, кажется, и до падения книги, не спал, Сфинкс вышел на улицу. Прохладный ветер сдувал с парня куртку, висевшую на плечах. Благо, она была тяжелой, так что не должна слететь. Солнце начало медленно подниматься; было слишком рано, чтобы будить кого-нибудь и заводить разговоры. Поэтому лучшим решением было прогуляться вокруг, проникаясь запахами весны и редким одиночеством.
На стенах Дома всегда присутствовали разные рисунки: просто красивые, мастерски выполненные, несуразные, кошмарные… Парень не всегда обращал на них внимание, но в этот раз что-то привлекло его взгляд. Ворона, нарисованная углем, была без крыла. Вроде бы обычный рисунок, вполне возможно, что просто недорисованный, но что-то неприятное исходило из него. Сфинкс облизнул сухие губы и, призадумавшись о чем-то своем, продолжил свой бесцельный путь.
Апрельский день прошел спокойно и без внезапных проблем, но вечером, когда Сфинкс вернулся в четвертую, он застал там стаю, крутившуюся возле Нанетты. Горбач был в расстроенных чувствах,  да и остальные приуныли. Подойдя ближе Сфинкс заметил, что у птицы было перевязано крыло.
- Где она поранилась? – спросил безрукий, заметив краем глаза еще одного человека, который не должен был находиться в комнате. Они позвали Паучиху? Сфинкс приподнял лысую бровь и недовольно взглянул на Горбача, который шикнул в ответ.
- Кошки сцапали, - отозвался Лэри на вопрос и добавил шепотом, указывая пальцем на медика: - Это Фея.
Безрукий тяжело вздохнул и уселся на общую кровать. Все равно он ничем не мог помочь, так что решил просто следить за действиями, производимыми над тельцем вороны. Сфинкс уже начал подремывать, как перед его глазами промелькнул настенный рисунок, который он увидел утром.
Совпадение?
С твердым намерением слинять из четвертой чуть позже, он прикрыл глаза, откинувшись на мягкую подушку.

Отредактировано Сфинкс (2015-03-29 12:26:38)

+3

4

Раньше Фея никогда не была в комнате Четвертой, где обитал сам так называемый Хозяин Дома и его "заместитель" с зелеными, как у кошки, глазами, которыми он так неодобрительно посмотрел на нее, когда вошел. Медсестра поймала взгляд, но парень почти тут же и отошел в сторону, свои ему уже все объяснили. Да, один из них, тех, с кем как-то незаметно, сами по себе со временем сложились неплохие отношения, в чем-то даже дружеские, пришел к ней Могильник и попросил помощи для Нанетты. Понятно, что раненую птицу в лазарет они не потащили, ни один из Пауков ее бы просто не пропустил, Паучихи вопили бы, что дворовые птицы - разносчицы заразы, и нечего вороне делать здесь, где лежат больные. Так что, Фея не раздумывая собрала аптечку и сама пошла в Четвертую.
А когда пришла, ее внимание сразу сосредоточилось на вороне. Раньше лечить животных Фее как-то не приходилось, а птиц тем более. И тут случай был непростой. Кошки не просто ранили вороне крыло, перья были нехорошо вывернуты, крыло торчало под неправильным углом. Пришлось его вправлять, что было для Феи сделать гораздо сложнее, чем вправить вывих человеку, ведь у птицы кости совсем тонкие и хрупкие. Но опытного ветеринара тут было взять неоткуда. Нанетту завернули в полотенце, пришлось держать ей клюв, пока Фея вправляла крыло, а потом промывала и перевязывала его, но с задачей она справилась. Ворону было ужасно жалко, но она действительно была умна, как будто и правда понимала, что ей помогают, повязку с себя не сдирала, сделала несколько глотков воды, а затем устроилась где-то рядом с кроватью Горбача и затихла. Блюдце с водой поставили к ней поближе. Фея уверила парней, что скорее всего, с Нанеттой будет все в порядке, теперь нужно только держать крыло в покое, пока не заживет, но птица по идее и должна так себя вести, инстинктивно. А потом она снова будет летать, все будет хорошо.
Успокоив всех, как смогла, и взглянув еще раз на Сфинкса, который, казалось, уже уснул, медсестра ушла, чтобы вернуться в Могильник. История с Нанеттой странно задела. Раньше дворовые кошки ее почему-то не трогали и не пускали чужих на свою территорию, хотя, сейчас весна... Не только у животных крышу сносит.

+3

5

Весна - время надежд и мечтаний. Но только не в доме и только не для Химеры. Может потому что надежд в этом доме не оставалось очень быстро. Мечтания? Мечтания были, но Химера каждый раз напоминала себе как это глупо. С приходом весны в Доме стало многим ветренее, чем даже зимой. Ветер будто бы звал за собой - покинуть этот чертов мир и лететь-лететь, птицей под облака, человеком под землю. Иного исхода для Химеры пока не было. Она по прежнему не боялась высоты, но по прежнему боялась взлетать. Единственный ветер, которому она доверяла - жил на изнанке, которая не часто радовала ее своими явлениями. Этой весной ветер приносил запахи чьих-то слез, горячих чашек и безумия. Столь легкого, что находился почти на грани. А еще был запах грядущего. Химера наблюдала за соседками. Кукла как обычно улыбалась не ясно чему, Габи была громче обычного, а Спица нервно, как робот вязала очередную кофту. Ничего не предвещало, но Химера чувствовала. Но не могла понять что это. По ночам происходили странные вещи. Открывались окна и девушка просыпалась от холода и завываний. Иногда ее мучила бессонница, хотя казалось март уже прошел, а до душного мучающего кошмарами мая еще далеко. В одну из таких ночей она снова проснулась, но не от холода, а от ощущения, что что-то не так. Окно было закрыто, но зеленоволосая решила, что все равно больше никто не замечает, когда оно открывается. Отправившись к окну, она дернула за ручку. Скрип петель никого не разбудил, а в комнату влетел ветер, один из тех, что тревожил Химеру. Она оперлась на подоконник, чуть наклонившись вперед и посмотрела на предрассветное еще серое небо. Вдохнула воздух и ощутила как ветер пролетел прямо сквозь нее, будто она была не она, а призрак воплоти. Разметались не расчесанные со сна волосы и девушка зажмурилась, опуская голову. Когда ветер улетел, она открыла глаза и уже собиралась опять пойти спать, но ее что-то привлекло внизу, во дворе. Неясный силуэт, заставивший ее остановится. Светлые волосы и совсем не прогулочный вид. Девушка разглядела светлые волосы и стала присматриваться сильнее. По каким-то мелким чертам, Химера узнала ее. Чумка. Но что она делала в таком виде на улице ночью, когда сон остальных столь крепок? Девушка не знала, но просто смотрела со стороны, пока Чумка не скрылась из виду. В темноте не было видно рисунков, но Химере и не было до них дела. Закрыв окно она вновь легла спать. На следующий день она видела Чумку. Бледная, какая-то отрешенная и спящая на ходу. Вопроса о том, что она делала ночью во дворе - она явно не поняла. А Химера не стала объяснять. Только сходила во двор и посмотрела то, что рисовала девушка ночью. Странные рисунки, но в Доме вообще было мало того, что было не странным. Двор был пустынен и навивал тоску, даже со всеми своими рисунками. Поэтому она спешно вернулась, размышляя над значениями рисунков и вновь отправилась на чердак, так как в тишине думалось многим лучше, а вид был потрясающий. Своими размышлениями она поделилась только с Сиреной, но та махнула рукой и предложила ей не заморачиваться по такой ерунде. Мало ли кто чем страдает. Это не ее дело - а пауков. А раз они ничего не заметили, то это их проблемы. Однако это почему-то не успокоило Химеру. Сама не зная зачем, она отправилась в могильник и поймав там первую попавшуюся паучиху, рассказала ей про Чумку. Правда она не сказала, что это было ночью. А то еще и ей впаяют что-нибудь от бессонницы. Все равно она все выкинет в первое же ведро. Химера точно знала, не в здоровье дело. Просто предчувствие. Паучиха ей сказала, что сегодня на половине мальчишек кто-то ранил ворону. Девушка кажется ее видела несколько раз. Она прилетала к окну комнаты, где жила Рыжая. Это было странное совпадение, но в Доме все странное. Даже совпадения. И редко эти совпадения оказываются действительно совпадениями.

+4

6

Чумка мало знала о мальчиках. Изолированные миры, пересекающиеся в редких исключительных случаях, чаще всего на любовной основе. У блондинки уголки губ начинали счастливо гореть, когда она улыбалась, слушая подобные рассказы. В историях этих имена заменялись, но угадать героев было чертовски просто.
У мальчиков из Четвертой пострадала птица. Чумка ее ни разу не видела, но много слышала от Рыжей. Удивительно и забавно, должно быть, иметь ручную ворону. Но не тогда, когда она находится раненая и несчастная. Услышав эту весть, в Чумке что-то довольно то ли зашипело, то ли зашептало, и от этого ее прошиб холодный пот. Бледные веки, чуть подрагивая, опускаются, и тьма, липкая, противная, ледяная тьма вот-вот затопит ее. Жадно хватая ртом воздух, художница вскакивает и вылетает из комнаты, даже не взглянув на подруг. Она летит по коридорам, опасно лавируя на поворотах, не смеет прикрыть глаз, и от этого они краснеют и слезятся. Легкие горят настоящим пламенем, а глотка скоро совсем откажет принимать воздух. Чумка почти уверена, что сейчас у нее начнут трястись руки или ноги, но она упрямо гонит себя по гулким коридорам, не разбирая дороги, куда-то на улицу.
Дверь за спиной хлопает почти безысходно. Маленькое сердце в груди бьется слишком часто для такого слабого существа; Чумка напоминает зашуганного зверя, взлохмаченного и растерянного. Она бегает взглядом по холодному и неприветливому, но родному Двору. Зачем она сюда бежала? Не знала. Но ноги рвутся за угол, и Чумка устремляется туда, высматривает что-то, к чему это ужасное Нечто внутри так жаждет попасть.
Но рисунки на стене кажутся все знакомыми. Чумке впору упасть тут же и горько заплакать, но плакать она разучилась с тех пор, как первые приступы болезни ужасали ее.
Разумеется, ее тут не было. И быть не могло.
Но под ногами вдруг чернеет странное пятно - ее уголек. Почему именно ее? Да потому что только Чумка любила им рисовать. От уголька не осталось ничего кроме размытого ногами и ветром следа. Но это кажется сродни огромной черной дыре, засасывающей ее.

Отредактировано Чумка (2015-04-02 17:27:36)

+3

7

Из-за притихшей стаи  и мягкой подушки под спиной, Сфинкс провалился в глубокий сон. Сновидение было неясным и обрывистым, тревожным и, когда до плеча безрукого что-то дотронулось, парень подскочил на месте, чуть не упав с общей кровати. Чертыхнувшись, он обнаружил рядом с собой Македонского, держащего в свисающих рукавах свитера кружку горячего кофе. Оказывается, Сфинкс проспал без малого три часа и умудрился пропустить ужин, на который его никто не соблаговолил вовремя разбудить.  Ладно хоть, Табаки прихватил с собой пару бутербродов для утоления ночного голода.
Солнце за окном медленно садилось, погружая Серый Дом в непроглядную ночь. Луну заслонили тучи и, казалось, что вот-вот и начнется дождь, так что Сфинкс решил прогуляться до той стены сейчас, чтобы не возвращаться в четвертую по темным коридорам с мокрой от весеннего дождя одеждой. Зеленоглазый не стал ничего на себя накидывать: так и остался в рубашке и джинсах, да кроссовках на босу ногу, не предполагая, что ему придется проторчать там всю ночь.
Парень уже заходил за угол, как увидел кого-то, стоящего перед тем самым местом, где была нарисована птица без крыла. По телосложению, этот кто-то был из девушек, но из-за темноты Сфинкс не мог разобрать, с кем имеет дело. Решив дождаться ухода гостя, он тихо зашел за дерево, открывающее ему прекрасный вид на человека и испещренную надписями стену.
- И чего я здесь забыл? – вопрос наматывал круги у него в голове, когда Сфинкс перестал чувствовать пальцы ног. Одно его радовало: неизвестный гость тоже был легко одет, хоть это и было похоже на злорадство. Тучи начали расползаться, и иногда свет от полной Луны просачивался во двор Дома, освещая двоих домовцев и их общий предмет интереса. Лишь при помощи лунного света, просочившегося сквозь тучи, безрукий опознал девушку. Это была Чумка.

+2

8

Случай с Нанеттой оставил у Феи внутри какой-то неприятный осадок, необъяснимое чувство беспокойства, которое обычно не было присуще медсестре. Она не могла понять, почему, вроде бы, ничего из ряда вон выходящего, животные есть животные. Кот, тем более, приблудный, так или иначе хищник, а ворона для него - добыча, это все естественно. Но у Феи не получалось перестать думать о случившемся. Перед началом своего ночного дежурства она заглянула все-таки еще раз в Четвертую, проведать птицу, но волноваться было не о чем, ворона уже выглядела "повеселее", хотя и готовилась ко сну, как и большинство обитателей комнаты. Фея пожелала всем спокойной ночи и вернулась в Могильник.
Навалившееся почти сразу количество работы и обязанностей отвлекли от странно-тревожных мыслей. Пробегав по палатам почти до утра, отметив птичками в журналах все смененные за ночь капельницы, повязки, меры лекарств и прочее, медсестра устало опустилась в рабочее кресло дежурки, чтобы дождаться сменщицы. И вдруг, новая напасть. В Могильник внесли окровавленного санитара, которого словно изгрыз кто-то. Фея тут же забыла и об усталости, и о том, что ее смена уже кончилась, и кинулась помогать врачам.

+2

9

После того, как Химера сообщила о странности Чумки в могильник, ей должно было тут же забыться вообще все с этим связанное. Но почему-то этот случай не выходил у нее из головы. Этой ночью она не легла спать вместе со всеми, а только сделала вид, а сама лежала в кровати и считала ворон. Почему ворон? Просто из головы шла эта чертова птица из четвертой. Скорее всего это было просто от напряженных до предела нервов. Химера не любила играть в шпионские игры, но сегодня она занималась именно этим. Убедившись, что все точно уснули, она оделась и сев на кровати, откинула голову назад и закрыв глаза стала ждать. Если бы она уснула - может это было бы последствием для ее шеи, но не более. Тогда она действительно выкинула бы из головы все лишнее. Зеленоволосая почти задремала, но шаги в коридоре заставили ее напрячься и очнутся. Аккуратно ступая, Химера прошла по комнате, огибая коляску Куклы, на которую чуть не налетела. Мысленно девушка даже выругалась. Урони она коляску - шума бы было. И тогда бы она точно спугнула ночного прогульщика. Думая так, Химера почему-то все равно было уверена, что это Чумка. Застегнув куртку, так как в этом время было явно прохладно, девушка выскочила из комнаты и прикрыв дверь, заметила в конце коридора исчезнувшую за поворотом светлую шевелюру. Выдохнув и стараясь шуметь как можно меньше, девушка двинулась следом за Чумкой, играя то ли в шпиона, то ли в разведчика. Иногда девушка оборачивалась, когда Химера была очень уж шумной, но похоже не осознавала ее присутствия. И тогда зеленоволосая пошла уже не скрываясь, лишь останавливаясь, когда тормозила Чумка. Проследив за ней до двери, девушка нахмурилась и не пошла дальше. Блондинка явно не осознавала что делает и это было сложно. Химере вовсе не хотелось, чтобы про Чумку поползли лишние слухи. Ей вполне хватало тех, что есть. Пока девушка размышляла о том что делать, Чумка уже была на улице и вновь занималась рисованием. Химера подобралась чуть ближе, стараясь не спугнуть и наблюдала за девушкой рисовавшей что-то. Когда та закончила, зеленоволосая вышла из тени и добралась до смотрящей куда-то в сторону блондинки.
-Чумка! - воскликнула девушка, стараясь привести ту в себя, но безрезультатно. Она была как кукла на радиоуправлении. Просто стояла и смотрела в одну точку. Тогда Химера выругалась и аккуратно направляя, увела блондинку в дом. О том, что у этого случая был свидетель, она не знала.

+2

10

Нормальных нелюдей людей в Доме не было. Никогда, ни один случай. Все с изъянами, с собственными ручными демонами, с любовно взлелеянными страхами, от которых потом рождаются ночные кошмары и крики. Чумка не считала себя исключением - с самооценкой у нее всегда были проблемы. Однако, на общем фоне у нее не было странных историй, от которых спирает дыхание. Практически все события в Доме проходили мимо нее, не нарочно, просто так выходило.
Чумка не злилась, в этом была своя прелесть. Это как читать хорошую книгу - наблюдать за действиями со стороны, не вмешиваясь, анализируя и перенося на листы или иную поверхность воспринятое.
Но, кажется, у девушки сейчас были проблемы. Тут не просто сонливость и одновременная бессонница. Тут, если позволишь себе упасть на что-нибудь горизонтальное, тебя топит душащее и мерзкое, что-то, что неподдельно отдает старой гнилью. Чумке не кажется - эта мысль уже потерпела свой крах -, с ней действительно не все в порядке. Бороться в одиночку отчаянно страшно, да и вряд ли это сработает.
Поэтому девушка не спит.
Заливает в себя кружки дешевого кофе, неизвестно какими путями выведанного у Кошатницы, читает, сидит на солнце. На третий день глаза пребольно жжет, кожа вокруг них краснеет, а воздух кажется царапающим стеклом. Отвечать на расспросы блондинке надоело - говорит, что приболела. Верят или нет, но хотя бы делают вид, что уважают чужое личное пространство.
Не спать. За окном воет, мечется, дико бьется в стекла. Чумка вздрагивает, плотнее кутаясь в лоскутное одеяло. Глаза больно щиплет. Старый потрепанный журнал перед ней лениво ворочает засаленными страницами. Внутри назревает что-то больное. Чумка знает, что за этим последует - то ли обморок, то ли глубокий сон. Своего пробуждения она никогда не помнит.
Приходит она в себя только в комнате. Дрожащая, замерзшая, едва ли не плачущая. Пальцы в меле. Босые ноги, кажется, совсем ничего не чувствуют. У Чумки смутное ощущение чужих теплых рук на своих плечах, она даже оглядывается на запертую дверь за своей спиной. Возможно, ее кто-то привел обратно.
А еще внутри у нее зреет уверенность, что она делает нечто ужасное.

+2

11

Это ночь запомнится Сфинксу надолго: во-первых, своим ужасающим холодом, потом начавшейся ангиной, и, конечно, странным поведением Чумки, выбирающийся ночью из спальни ради художеств. Парень никак не мог предположить, что ночью сюда же явится и Химера. Никакие потрясывания, ругательства и выкрикивания имени не помогли растормошить блондинку, и зеленоволосая увела девушку в Дом. У Сфинкса не было часов как и у всей четвертой, но внутренний отсчет времени напоминал, что через часа два начнет светать, а столкнуться со Слепым в коридоре ему не очень хотелось. Выйдя из своего укрытия на окоченевших ногах, шипя от неприятной колющей боли, он подошел к стене, разглядывая новый рисунок. Оскалившийся бульдог смотрел на него с обсыпающейся стены, в некоторых местах рисунок был потертым, как будто рука рисовавшего подрагивала время от времени. Сфинкс сверлит взглядом собаку с минуту, раздумывая стереть рисунок, но все-таки оставил его без изменений, решив проверить свое предположение.
Перед завтраком в четвертую забегает Конь с неприятной новостью: молодого санитара погрызла бешеная собака, которую так и не удалось отловить.
- Ага… - Сфинкс спустил ноги с подоконника, погрузившись в раздумья и не заметив, что произносит слова вслух. – Дело принимает серьезный оборот.
- Оборот? – высокий голос Шакала заставил безрукого сморщиться от резкой боли в висках. У него и так с утра горло раздирало на части, а голова должна была вот-вот отвалиться. – Какой еще «серьезный оборот»?! Ты что-то непременно скрываешь, Сфинкс!
Объяснять сейчас происходящее кому-либо зеленоглазый не хотел, так что оставил вопрос Табаки без внимания, разозлив его фразой: - Ничего интересного.
В ответ Сфинксу послышались ругательства, отрывки монологов и проклятий, которые стихали с каждой секундой, только Сфинкс делал шаг в направлении лестницы. Наконец, выйдя во двор и завернув за угол, он начал рассматривать злополучную стену в поисках ночного рисунка, но так и не нашел его. Рисунок исчез. Опять.
- Кажется, сегодня меня ждет повторный заход, - хрипло сказал Сфинкс и пошел обратно в Дом, чтобы отоспаться до следующей ночи. Проходя по коридору, он увидел Фею и тут же подумал, почему бы не спросить ее о подобных действиях домовца, но решил оставить разговор на завтрашнее утро.

+3

12

Санитара еле удалось спасти. Фея ассистировала хирургу, потом перевязки, капельницы, с полдня на ногах. И до конца не было известно, выживет ли. Парень потерял много крови, но даже не это было самым опасным. Главное - бешенство собаки, от которого может умереть человек. Все нужные меры были приняты, конечно, лекарства, антибиотики, но в конечном итоге исход зависит от того, как поведет себя организм, будет ли этот исход благополучным. Слишком много ран нанесло это бешеное животное. И как оно могло проникнуть в Дом?
Ящики уже прочесывали двор вокруг интерната, и окрестности, чтобы отловить собак, а ту, у которой морда в крови и пене, сразу убить. Ведь она может еще на кого угодно наброситься, это было очень опасно. Вот только обычных собак, которых часто подкармливал Горбач, было жалко. После этой истории с бешеным псом их всех могут извести, бешенство у животных передается быстро.
Санитар уснул после перевязок, обколотый снотворным и обезболивающими, и затянувшаяся еще на полдня ночная смена Феи, наконец, закончилась. Идти в свою комнату и валиться спать сразу не хотелось. Медсестра решила пройтись, выйти во двор, может, расспросить кого-нибудь из молчаливых Ящиков, найдена ли собака, и просто вдохнуть кислорода, избавиться хоть ненадолго от медицинских запахов, хоть она и почти перестала их замечать. Фея переоделась у себя в джинсы и свитер с горлом, пошла по коридору к выходу.
По дороге встретился парень с зелеными глазами, тот самый Сфинкс. Интересно... Встреча заставила Фею снова вспомнить про Нанетту. Но вороне крыло могли вывернуть только кошки, бешеная собака сразу бы разорвала попавшуюся ей птицу. Что такое творится с бродячими животными? Что за безумие накрывает Дом, и насколько затронет оно его обитателей?
Фея вышла на крыльцо, поймала одного Ящика, курившего там, расспросила, как смогла. Нет, никаких бешеных собак в округе не нашлось, да и вообще никого, как будто все попрятались. Очень странно...

+2

13

Оставшуюся ночь девушка просидела рядом с Чумкой, которая так и не пришла в себя. Просто в какой-то момент она поднялась и отправилась в собственную комнату. Доведя ту до дверей, Химера отпустила ее и отправилась в свою комнату. Соседки спали. Все. Кроме одной. Кукла обеспокоенно проводила взглядом Химеру, когда та прошла от двери до своей кровати. Сев на кровать и подтянув ноги к груди, зеленоволосая хмуро спросила смотрящую на нее колясницу.
-Не смотри на меня так. Что ты на меня так уставилась?
-Она не сама ходит. И ты не ходи. Иначе случится беда, - ответила маленькая с виду девочка, не сводя взгляда с Химеры. От этого взгляда было неуютно, потому что зеленоволосая давно заметила, что Кукла редко ошибается. Но перестать у нее уже не получалось. Она не любила когда кто-то страдал. Но любила чужие секреты. И вот это ее манило, заставляло следить за этой несуразной блондинистой девчонкой.
-Глупости ты говоришь. Ложись спать. Скоро подъем, - отрезала Химера и раздевшись, забралась под одеяло. Отвернувшись к стенке и закрыв глаза, она не видела Куклы, но слышала, как скрипнула ее кровать, когда она легла. После этого Химера погрузилась в тревожный сон. Ей снилась черная ворона, бьющаяся в агонии и как ту накрывает темная тень, чью владелицу было не сложно узнать. С утра Химера разумеется не выспалась и пребывала в столь ужасном настроении, что даже Спица не стала практиковаться на ней в своем нытье. Кукла же вовсе уехала молча, Габи же редко что замечала. Зеленоволосая мучилась с головной болью и недосыпом. Чашка кофе натощак вбивала еще один гвоздь в ее здоровье, но без нее - горькой и горячей - вряд ли бы Химера пережила этот день. У нее не было особых дел, разве что отсидеть занятие, смотря пустым взглядом в окно и размышлять о том, что Чумка делала у той стены. Из окна кабинета ее прекрасно было видно. Вот только рисунка на ней не было. Только какой-то растертое пятно. Но не одно пятно в доме не остается бесследным. Умеющие видеть - видят. Во дворе по дороге в могильник носились пауки и ящики. Девушка не видела их лиц, но по их суете можно было предположить, что это скорее паника, чем радость. Радость бы ящики пропивали где-нибудь в подсобных помещениях могильника. Вскоре появились ящики с носилками и когда их унесли, постепенно весь персонал исчез со двора. Ящики отправились за пределы, а пауки собрались в родной обители. Это хоть как-то отвлекало на занятии. Страшно хотелось спать. После занятий, девушка удрала обратно на чердак и сама не заметила как уснула под нагревшейся крышей на накиданных одеялах. Проснулась она ближе к ночи и поняв, что сигнал к отбою скорее всего уже дали, а значит в коридорах темно - решила дождаться утра на крыше. Здесь и обзор был лучше и замерзнуть ей не грозило. Да и притащенные запасы не дали бы ей умереть с голоду. Так что сегодня Химера была настроенная думать, спать, снова думать и смотреть на звезды. Голова уже не болела, а единственное что мешало ей пойти спать - собственное любопытство, оставшееся где-то на задворках подсознания, но существующее. Заставляющее ее пить кофе и иногда расчесывать волосы, вместо того, чтобы нормально уснуть.

+2

14

Чумка уныло ковыряла ложкой в манной каше. Да, это была та самая легендарная каша с неповторимыми комочками и вкусом как...Точнее, с отсутствием какого-либо вкуса. Художница поражалась своей выдержке и силе воли - как она умудрилась встать и сходить на завтрак при всей своей лени. Но ответ был прост. Чумка не спала вовсе.
Ворочалась: то одеяло неприятно и даже больно впивалось в бедро, то нос адски зачешется, то с улицы донесется лай или крики. В общем, ночь у нее была насыщенная. Но девушка была рада, учитывая последние события. Дом ощутимо вибрировал от последних новостей - все его жители активно обсуждали что-то, строили планы, теории. Некоторые из них не вызывали ничего кроме скептического смешка. Но никто не знал истинной причины.
Чумка же ломала голову, как справиться со своей бедой. Она ощущала собственную причастность ко всем нападениям, но объяснить их была не в силах. А уж если во время путешествия ее встретит кто-нибудь из Пауков или воспитателей, то ее явно не будут отводить в комнату - все будет гораздо серьезней. Посему ей требовалась чья-то помощь.
Девушка, потеряв всякий аппетит, перебирала в уме достойных претендентов на роль ее спасителя. Поиск шел медленно и безрезультатно. Чумке настолько все надоело, что, встав из-за стола и со скрипом отодвинув стул, она прекращает повторять заученную мантру все хорошо. Ничего не хорошо. Пора бы признать.
Чумку нельзя назвать сильной личностью. У нее нет вызывающей уважение силы воли, геройств. Она не всегда предпочитала плыть по течению - плавными гребками меняла свое направление -, но сейчас у нее кончились силы.
Да иди ты к черту.
Она почти с мазохистским желанием ждет вечером прихода этого. Нервно жует сухие губы, отмалчивается от вопросов соседок. Внутренне подначивает, трет уставшие глаза, не ведая о том, что двое людей ждут ночи едва ли не больше нее.
А потом сваливается в глубокий отрезвляющий сон, который, как она верит поутру, вылечит ее.

Отредактировано Чумка (2015-04-10 20:09:27)

+1

15

Ночь опустилась на Дом, заставляя просыпаться личностей, предпочитающих темное время суток. В это время по коридорам ходить куда опаснее, чем просиживать дни напролет в Кофейнике весной. Четвертая мирно посапывала, Лорд уехал к картежникам, Слепой опять ушел на ту строну, а Македонский что-то читал, шурша бумагой. Только благодаря желтому свету, упавшему на лицо, Сфинкс проснулся и сразу же вспомнил, что хотел сегодня сделать. Красный Дракон не стал спрашивать, что могло заставить безрукого выйти посреди ночи, и Сфинкс выскользнул из спальни, оставшись для большинства стаи незамеченным. На улице дул сильный ветер, за поворотом он немного поутих, что позволило Сфинксу не замерзнуть в течение трех часов, что он простоял под деревом. В этот раз Чумку он не застал. Нужно было возвращаться и попытаться отоспаться за оставшееся время. Бредя в четвертую, Сфинкс вспоминал странное поведение девушки: ее дрожащие руки и отстраненный вид. Решив, все-таки зайти с этим вопрос к Фее, он лег спать, сразу же провалившись в тяжелый сон.
На утро его подняли Горбач и Нанетта, то и дело пытающаяся стянуть одеяло с лица безрукого. Шикнув и недовольно заворчав, зеленоглазый встал с кровати, отметив, что Бледный так и не появился. И где его черти носят…
Завтрак прошел как положено: с причитаниями Лэри, сумасшедшими бутербродами Табаки и мрачным Черным. После окончания трапезы Сфинкс бесшумно отдалился от стаи. Стараясь также быть незамеченным никем из знакомых домовцев, он прошмыгнул в двери Могильника. Яркий белый свет ударил в его глаза, и парень прищурился, пытаясь дойти до места назначения.
- Главное, ни с кем не заговаривать. Ты знаешь, куда идешь, Сфинкс. И тебе совсем не нужна помощь Пауков, - он успокаивал себя этими мыслями, старясь выглядеть вполне здоровым и бодрым живчиком. Наконец, Сфинкс дошел до нужного ему кабинета и, легонько постучав по деревянной двери граблей, вошел.
- Здравствуйте, надеюсь, Вы ничем не заняты, - Сфинкс добродушно улыбался, пытаясь выглядеть безобидным ребенком, у которого появились неотложные вопросы. Парень прошел вперед и позволил себе присесть на край кушетки, стараясь не смотреть по сторонам. – Как бы начать… Мне дали странное задание, но я никак не могу найти объяснение заболеванию, что представлено в домашней работе.
Зеленоглазый решил упустить историю с Чумкой, заменив ее на более приемлемую и не обещающую никаких будущем проблем.  – Вот допустим, человек странно себя ведет: у него трясутся руки, его взгляд как будто стекленеет и все время кажется потерянным. Также этот человек не реагирует на любые действия со стороны окружающих. Он их просто не замечает. У Вас есть предположения на этот счет? Может, это как-то лечится?

+1

16

Ночью было достаточно тихо, Химера сама не знала чего ждет, но просто наблюдала за небом, то и дело бросая взгляд вниз и с какой-то внутренней тревогой ожидая заметить светлую голову. В темноте плохо видно, но светлые цвета выделяются достаточно сильно. Химере не приходилось никогда с этим сталкиваться. Даже тогда, когда цвет ее волос не совпадал с цветом глаз - она была отнюдь не светловолосой. И ночь была ее помощницей и подругой. Сейчас это было так же. Пальцы замерзали и девушка в очередной раз грела озябшие пальцы о чашку с кофе. Чашка была пластмассовая, другие труднее достать и проще разбить. Но даже в ней девушка находила какое-то успокоение. Полустершееся имя, которое никогда не было ее. Точнее даже не так - ее так называли тех, кого она почти забыла. Память обрывками уносилась с каждым ветром. Этой ночью ветер тоже играл листьями во дворе. Где-то внизу началось какое-то движение, не заметное. Ни одного светлого пятна. Вряд ли бы Чумка стала прятаться, так что это была не она. А кому еще не спится ночью - Химере нет никакого дела. Почти никакого. Но она знала, что будь этот тот, что ей не безразличен, он бы скорее поднялся сюда, но на всякий случай она всматривалась в темноту. Но нет. Не похож. Совсем. Внутри что-то дернуло, но лишь на секунду. Химера решила, что показалось. Больше за ночь происшествий не было и она уснула под утро, когда небо уже стало сереть, съев все огоньки звезд.
Проснулась она уже за полдень. И поняла, что завтрак пропустила. Оставалось спустится вниз и попытаться не раздражаться на суету окружающих. Спица как обычно была на редкость болтлива. Зато у нее нашлось время сходить с девушкой в кофейник и рассказать много лишней информации. Спица всегда была слишком болтлива, но никогда не обижалась на грубость зеленовлосой. В этом был ее плюс. Как выяснила девушка уже через пять минут - ничего кардинального не произошло. Зато слухов эта вязальщица собралась столько, что от не сразу начала болеть голова. После разговора с ней, Химера поспешила на улицу. Хотелось просто подышать воздухом и выкинуть из головы лишнее.

+1

17

Утро настало обычное, но в данное время из ряда вон выходящее. Едва сев в кровати, Чумка поспешила проверить ноги, руки, всю себя на какие-то ночные следы. Как ни странно, их не было. Художница возвела очи к грязно-белому потолку. Слава богам!
Резво вскочив на ноги, девушка схватилась за простую деревянную расческу. У нее определенно начинался хороший день! За окном кипела жизнь, с Двора донеслись детские крики. Блондинка заставила себя улыбнуться как можно шире, вдохнуть полной грудью, затем схватить неразлучный с ней рюкзак, куда наскоро кинула яблоко, альбом и пару цветных карандашей. Ластик должен был быть на покрывале, но, глядя на эту творческую берлогу, там мало что можно было найти. К тому же, настоящий художник не пользуется им.
Туго завязанная косичка бодро била Чумку по спине, когда она спускалась по лестнице. Позднее утро она встречала с распростертыми объятьями. Скоро теплое майское солнце и ароматные дожди полностью избавят Дом от любого напоминания о затянувшейся зиме. Заодно девушка надеялась, что это внутреннее расстройство также уйдет вместе с последними холодными ветрами.
Чумка, насвистывая какую-то немудреную песенку, вывалилась на главное крыльцо. Она хотела найти место поспокойней, где, смежив веки, можно было полно представить свои идеи и наконец воплотить их на бумаге. Блондинка уверенно завернула за угол, откуда увидела полуразвалившуюся широкую лестницу, ведущую к ржавой старой двери. Может быть, в этом здании раньше была подсобка или что-то вроде того, но сейчас оно точно было никому не нужно. Удобно привалившись к увитой плющом стенке, показывая ласковому солнцу лицо, Чумка вытащила свои художественные принадлежности.

Отредактировано Чумка (2015-04-17 21:18:55)

+1

18

Разговор с Паучихой продлился недолго, и уже через полчаса Сфинкс оказался за дверьми Могильника, чувствуя, что одно из самых ужасным мест Дома осталось позади. Как парень и предполагал: ответа на поставленную проблему он не получил и еще сильнее начал сомневаться в действиях Чумки. Было ли это обычным психическим расстройством, как сказала Фея? Может быть, но интуиция, дающая ответы на такие вопросы, говорила иначе.
Сфинкс шел медленно, не разбирая дороги и погрузившись в свои мысли. Все время вперед, сворачивая в нужные стороны, как будто невидимая рука вела его к назначенному месту. Первый этаж, главное крыльцо и угол, за который парень свернул, не видя дороги. Он даже не сразу понял, что что-то не так: перед ним сидела Чумка на полуразвалившейся лестнице, которую Сфинкс видел в первый раз. Безрукий никак не мог вспомнить эту часть Дома; ее раньше не было, не могло быть.
В руках девушки был альбом, рядом валялись художественные принадлежности. Солнце ярко светило, и если бы не теневая часть Дома, то Сфинкс не смог бы ничего разглядеть. Эти судорожные действия, никакой реакции на присутствие постороннего человека говорили лишь о том, что все повторялось вновь. И если сейчас зеленоглазый не помешает блондинке сотворить свое проклятие, то беды не избежать, ведь с каждым разом все становилось опаснее.
- Чумка, - сказал он шепотом, подходя ближе и немного нагибаясь над девушкой. – Что ты рисуешь?
Он не стал заглядывать в рисунок, а смотрел на увитую плющом стенку и громоскую ржавую дверь, которую раньше никогда не видел. Что-то упало на кроссовок Сфинкса, и парень перевел взгляд вниз, столкнувшись с самим собой: его лицо, телосложение и одежда отпечатывались на желтом листе, утягивая безрукого куда-то вглубь. Угольный рисунок ожил, оскалился и посмотрел в зеленые глаза оригинала. Парень отшатнулся назад, но понял, что кто-то держит его за шею, утягивая в неизвестность. Мгновение – и Сфинкс в воздухе. Еще немного и его голова ужасно болит, по затылку стекает кровь, а рот наполнился вкусом железа - он прокусил щеку, когда падал вниз. Бетонные пол встретил его неприветливо, в глазах двоилось и черно-белые краски смешивались, создавая картинку старого фильма. Сфинкс не мог пошевелиться еще с минуты, пока мир не пришел в привычное для него равновесие.
Коридор напоминал обыкновенные коридоры Дома, только с большим количеством дверей и без ярких красок настоящего мира. Что-то внутри Сфинкса говорило ему молчать и просто идти вперед, не привлекая внимание к своей персоне. А ведь он мог многое сказать. Например, «Что за чертовщина здесь творится?», «Где я, мать вашу, нахожусь?» или «Дом, ты совсем слетел с катушек?!».
Но он просто шел вперед, волоча за собой больную правую ногу. Этот мир его встретил очень холодно.

+1

19

Солнце пригревало, напоминая, что сейчас все-таки весна. Ветер шептал свои песни для тех, кто умел слышать и заставлял выкинуть лишнее из головы. Химера сидела на лавочке, закрыв глаза и подставив солнцу свой бледный лик. Она никогда не загорала. И не сгорала. Это было странно, но это мало кого волновало. Просто такая особенность кожи. Мало ли у кого что. Наверное Химера просидела на лавке час или два. Может больше. Неподвижно, не прислушиваясь к окружающему миру. Наверное, присядь кто около нее сейчас - она бы не заметила их. А может кто-то и был. Просто она действительно не заметила. Но когда она открыла глаза, лавка была пуста, не считая ее самой. Казалось, напитавшись солнцем, она почти излучала тепло. Но камень имеет свойство быстро остывать и скорее всего этот эффект вскоре сойдет на нет. Но сейчас обычно темные глаза были цвета теплого лесного мха, на который приятно лечь в полуденный зной и проспать там пару часов до момента, когда надо будет подниматься и уходить из леса. Пока его не накрыл мрак. И настроение Химеры тоже было вполне сносным. Она решила, что пока хватит сидения на улице и было бы неплохо отправится и разведать что-то на счет обеда. Если она его пропустила, то наверняка Сирена или Спица что-нибудь ей прихватили. Первая, зная привычки Химеры, вторая - просто по природной привычке опекать. Иногда это раздражало, но в плане еды она была полезна. Поднявшись с лавочки, девушка мягко переступая по дорожке, отправилась в сторону входа в корпус и тут заприметила светлую макушку. Зеленоволосая думала уже подойти, как заметила подходящего к девушке Сфинкса. А этот что тут забыл? - тут же возникла мысль в голове и пропала, вместе с желанием подходить к Чумке. Однако последующее заставило ее напрячься. Не каждый день видишь, как кого-то затягивает в картину. И когда большой кот из четвертой исчез, Химера все же решительно направилась к старой знакомой. Потому что кто-то из них определенно свихнулся и Химере начало казаться, что это как раз она.
-Привет, Чумка. Скажи мне пожалуйста, я свихнулась или только что Сфинкса затянуло в твой рисунок? - поинтересовалась девушка и заглянула в альбом, в котором рисовала блондинка.
-Или не свихнулась. Или не я, - добавила зеленоволосая, обнаружив на рисунке только что затянутого рисунком парня. И почему-то ей показалось, что это очень не хорошо. Но девушка лишь вопросительно посмотрела на блондинку, ожидая ее ответа.

+1

20

Художника обидеть может каждый. А еще вывести из себя. И этот "каждый" снова воспользовался возможностью похозяйствовать в теле девушки, когда та решила уединиться.
Это было необъяснимо страшно - Чумка впервые почувствовала, как она теряет контроль над своим телом. Внутри образовывается сосущая пустота, твой разум превращается в маленькую крупицу, уступая свое место чужеродному, холодному и опасному. Художница теперь смотрит на свои рисующие руки будто через маленькое затемненное окошко. Она птицей бьется в невидимые стены, крича и выбиваясь из сил - все без толку. Она видит Сфинкса; в ужасе каменеет. Ей надо кричать всем домовцам, чтобы держались от нее подальше, но в следующую секунду она видит. как парня засасывает в клетчатый лабиринт. На руках и одежде остаются красные бисерины крови, и это смотрится не просто страшно - ужасающе.
Следом идет Химера. Чумка внутри почти сипит и рыдает, она думает о Сфинксе - маленькой фигурке в нарисованной ловушке, передвигающейся уверенно, будто зная дорогу. Сфинкс сильный, он справится.
Затянутые сероватой пленкой глаза безэмоционально смотрят на Химеру. Вопрос был услышан, но рот не открывается для ответа. Чумка напряженно ждет, что будет дальше, уж не постигнет ли зеленоволосую участь Сфинкса?

+2

21

Время как будто остановилось. Для тех, кто остался по другую сторону необычного рисунка, прошло минут пять, для Сфинкса же прошел целый час. Или ему так казалось. Стены менялись: расширялись и удлинялись, то делались меньше. В самом начале у безрукого начала кружиться голова, но сейчас он привык и просто шел вперед. Нога перестала отдавать в спину острой болью, и Сфинкс шел уже ровнее, прибавив скорость. Парень не знал, когда закончится все это безумие, но был рад лишь одному – его протезы находились в четвертой, целые и невредимые.
С разных сторон от парня сменялся уже сотый ряд дверей: они все были черными и исписанными непонятными словами. Сколько бы Сфинкс не приглядывался, он не мог разобрать эти каракули. Голова ныла, ворот рубашки окрасился кровью, а на лице точно будет красоваться здоровенный фингал на радость вожаку Шестой.
- Этот коридор бесконечен, - голос был хриплым, как у пропойцы с десятилетним стажем. Сфинкс понимал, что это место что-то от него ждет, какого-то действия. Но какого? Все, что мог сделать безрукий в данном положении, так это зайти в первую попавшуюся дверь. Но… Кто знает, чем все обернется?
В конечном счете, спустя пятнадцать минут, зеленоглазый не выдержал и остановился возле двери, разрисованной былым мелом. Цветы, перья и шестеренки окружали проход со всех сторон. Парень встал вплотную к двери, ощущая, как из-под нее дует холодный, даже ледяной ветер. Сфинкс толкнул дверь плечом, и она отворилась с легкостью. Раздался протяжный скрип, и парень вошел в комнату, вглядываясь в непроглядную темноту. Когда он сделал шаг вперед, позади него захлопнулся единственный выход из этого темного помещения. 
- Кто ты? – Сфинкс прикрыл глаза, вслушиваясь в каждый шорох. – Или… вернее будет сказать, что ты?
Зеленоглазый почувствовал, как кто-то встал позади него. В горле застрял неприятный комок страха и раздражения. Резко развернувшись, Сфинкс встретился с желтыми глазами в крапинку. Такими знакомыми, такими родными и навсегда утерянными.
- И не противно тебе пользоваться такими подлыми приемами? – злоба начала закипать в нем, и холодный до этого момента разум, начал помутняться от нахлынувших эмоций. Захотелось запинать это тело ногами, переломать руки и ноги, но этот колкий взгляд, что был ему так нужен, не давал Сфинксу сдвинуться с места.

+1

22

Чумка так не произнесла и слова, просто смотрела на нее так, будто и нет ее тут. Однако не сильно и протестовала. Наверное будь это кто-то более общительный, чем Химера, она бы насторожилась такому поведению. Но зеленоволосая привыкла к тому, что ее предпочитают не замечать и часто ее это вполне устраивало. Заметив какое-то движение на картинке, она расширила глаза и почти отобрала альбом у юной художницы. Картина и правда менялась и это было очень-очень плохо, так как означало, что в каком-то месте реальность смешалась с изнанкой и породила парадокс. И теперь этот парадокс был в Сфинксе в рисунке.
-Дьявол. Это плохо. Очень, очень плохо. Чумка, ты хоть понимаешь что натворила? Ты загнала Сфинкса черт знает куда. А значит сегодня-завтра это будет переполох в Четвертой, а потом это дойдет до директора и переполох станет уже массовым. Ведь пропал один из домовцев! И что-то я сомневаюсь, что Акула принесет много пользы, но ведь есть не только Акула. И не только воспитатели. И на тебя все равно выйдут рано или поздно. Нет, надо определенно что-то делать, - пыталась рассуждать вслух девушка и оглянулась на блондинку:
-Как у тебя получилось его туда сунуть? Придумай как его достать. Ну же! Что ты как тряпичная кукла! Думай! И последние случае в Доме, тоже ведь твоих рук дело? Да отвечай же! - слегка разозлилась девушка, взяв Чумку за плечи и тряхнув ее, а потом просто зарядила ей пощечину, решив, что так дело пойдет быстрее. Нужно было привести ее в порядок. Но Химера понятия не имела как. Тащить ее на изнанку? Да она сама ее все время караулит и не очень успешно. А бежать с этим в могильник или к воспитателем - дурная мысль.
-Да приди же в себя! Его нужно вернуть. Думай же! - продолжала требовать девушка, не замечая развития событий на картинке. Потом кинув взгляд на картинку - замерла. Потом дотянулась до карандашей лежащий около Чумки и попыталась нарисовать что-то на картинке. Но от карандаша не оставалось и следа. Да и если честно, то художник из Химеры всегда был плохой. Разве что абстракционист. Ее дело украшения, но никак не рисунки. Поэтому она в раздражении отбросила карандаш.
-Черт-черт-черт. Я не могу ничего менять - только ты. Ты творец, а не тряпка в конце концов! Так твори! - уже в полном бессилии от ситуации, сказала девушка, возвращая альбом блондинке.

+1

23

От творческой личности зачастую требуют гораздо больше, чем она способна сделать. Нарисовать несколько первоклассных портретов, успеть в срок выполнить заказы...
Вытащить человека из нарисованной ловушки.
Знала бы Химера, как тяжело было осознавать, что твоим телом умело орудует кто-то другой, она бы так не кричала. У Чумки было желание закрыть глаза, крепко зажмуриться, а, открыв их, обнаружить, что это все сон. Она же видела только растерянную и злую в своей беспомощности зеленоволосую. Почувствовала хлёсткую отрезвляющую пощечину, задохнулась, с шумом втянула открытым ртом воздух.
Чумка тряхнула головой раз, другой. По ощущениям, ее будто прополоскали, настолько чужим показалось собственное тело, широкий круг обзора глаз. Блондинка, превозмогая адскую боль в голове, которая значила одно - нежеланный гость не хотел сдаваться так просто, схватила дрожащими пальцами альбом и карандаш.
- С-сейчас... - заикаясь, с прерывистым желанием. Картинка никак не хотела замирать; перед глазами все прыгало и плыло. Но было ясно - еще немного, и Сфинксу там не поздоровиться. Чумка задумчиво и нервно прикусила губу.
- Я...Он...Тут надо изнутри... - моляще взглянула на девушку снизу вверх. В данный момент она все равно была бесполезна, с этой проблемой безрукий должен был справиться сам.
Вдруг в больной голове появилась отчаянная, безрассудная мысль. Химера была не из пугливых. И она была чертовски умной, крепкой.
- Я могу тебя к нему отправить, - тихо, но уже уверенней. Чумке было крайне неудобно, что это она все заварила, а исправить не способна. Но сейчас не время заниматься самобичеванием - пора было спасать Сфинкса.

+1

24

- Чертовщина, - прошипел парень, смотря в желтые глаза. Волк стоял прямо перед ним, совсем не изменившись после последней встречи. Все такой же, как и всегда. Безрукий долго стоял так, не двигаясь с места, даже не шевелясь, как будто боялся спугнуть наваждение. Но всему приходит конец.
- Чумка, - Сфинкс повысил голос, надеясь, что его услышат чудесным образом. – Давай вытаскивай меня отсюда, иначе…
Парень не успел договорить, как в его ногу вцепилось что-то липкое, сжимая конечность с такой силой, что безрукий прикусил губу. Поздно. Сфинкс резко дернулся назад, но, не справившись с координацией, полетел вниз. Вторая встреча с полом стала для него фатальной: в глазах потемнело, а дышать стало в несколько раз тяжелее. Он ничего не слышал и не мог пошевелиться, в то время как что-то затягивало его, погружая еще глубже в свой мир. Теперь Сфинкс стоял посредине двора, нарисованного углем: время здесь остановилось, и даже можно было заметить листья, застывшие в воздухе. Вокруг него была толпа людей, и всех он видел раньше: там были старшие, хламовные, чумные, воспитатели и просто персонал. Сфинкс прошел вперед, всматриваясь в лица из прошлого.
- Зачем ты показываешь мне это?  - сухо спросил зеленоглазый, огибая Черепа и стараясь не смотреть ему в глаза и на его амулет. В это же мгновение все завертелось, и Сфинкс опять оказался возле той самой двери, за которой встретил Волка. – Я же не должен пройтись по всем дверям, так?

Отредактировано Сфинкс (2015-04-30 21:56:23)

+1

25

То, что активные методы приведения в себя подействовали, стало заметно по ее прояснившемуся взгляду. Конечно она была еще далеко не так в себе, как рассчитывала девушка, но у нее не было особого выбора. Даже такая Чумка была лучше, чем та, что была тут до встряски. Эта девушка начала думать, пыталась что-то сделать. Ее голос был сбивчив, она казалось бы почти глотала слова, но Химера все равно их разобрала и перевела взгляд на картинку. Ситуация становилась все страннее.
-Изнутри говоришь? - спросила она с ноткой сомнения, а потом выдохнула: Хорошо, не знаю как - но отправляй. Буду искать выход, - сказала она, подумав, что все равно рано или поздно ее настигнет какая-нибудь беда, скорее всего со смертельным исходом. И она никогда этого не боялась. Так что теперь молча наблюдала за блондинкой, которая рисовала ее набросок рядом, на листе и ощущала, как тело постепенно рассыпается мелкой пылью. А потом все поглотила тьма. Открыла глаза она в полутемном коридоре. Тусклом, до достаточно знакомом. Она видела только что это сверху, снаружи. Она действительно была внутри. Это пугало, но зеленоволосая заставила себя не боятся и идти вперед, чтобы не происходило вокруг. Она вызвалась помочь вытащить отсюда большого кота. Хотя она понятия не имела как. Коридор был полон тишины и равнодушия. Химера поспешила выбраться отсюда как можно быстрее. Еще поворот, дверь, беззвучная, нарисованная. И вот она выбегает во двор. Фигуры поддернутые туманом стоят неподвижно, но сразу заметно, что они здесь не просто так. Девушка стала продвигаться между пустыми фигурами прошлого. У нее никогда не было диссонанса и поэтому они были для нее всего-лишь память. И то она была не уверенна, что ее. Наконец она добралась до парня и только хотела коснуться его, как тот исчез буквально из под пальцев.
-Дьявол! - чертыхнулась зеленоволосая и развернувшись, побежала обратно к входу. Как подсказывала логика, если Сфинкса нет здесь - значит он обязан быть там. Надо только успеть. Заметив в конце коридора, как он стоит возле очередной двери, девушка решила что пора его тормознуть.
-Стой! - выкрикнула она, замечая реакцию Сфинкса на себя. Но это помогло ей выиграть время и вот она уже догнала неуловимого кота из четвертой.
-Надо отсюда выбираться. Чумка не в себе. И я понятия не имею как. Есть идеи? - в лоб спросила она, решив, что разведением этикета заниматься незачем. У них было не так много времени судя по виду Чумки.

+1

26

Знакомый голос, сотрясший коридор, заставил Сфинкса развернуться в сторону гостя, которого он совсем не ожидал увидеть. И внезапный вопрос, заданный Химерой, ввел его в ступор. Он с минуты смотрел на зеленоволосую: сначала не понимая, что она тут забыла, а потом пытаясь найти возможные идеи.
- Черт знает, как ты тут оказалась, но ладно… - Сфинкс перевел взгляд на дверь, в которую он собирался войти, если бы не девушка. – Я уже был в этой комнате. Можно сказать, там сосредоточено то, что держит нас здесь.
Он прислонился спиной к стене, рассматривая противоположный вход, отмечая одинаковые знаки и рисунки, всего лишь по-другому разбросанные. – Возможно, - начал безрукий, немного прищурившись, - все двери ведут туда. Химера, о чем ты жалеешь? Чего боишься?
Сфинкс резко повернул голову в сторону девушки, впившись в нее своим взглядом, старясь уловить каждое незаметное движение тела и изменение мимики. Парень знал, о чем он сожалел и чего боялся, что мучило его в частых кошмарах, не давая беспробудно спать. Внутри него была трещина, которая позволила существу с той стороны забраться внутрь, перекопошить прошлое и вывернуть его наружу. Что-то позволило ему забраться и в Чумку, и в Химеру.
Безрукий отошел от стены, переводя взгляд с копны ярких волос, но черно-белые стены коридора. – А что насчет тебя, Чумка? Мы не справимся без твоей помощи.
Из-под двери подул холодный ветер, как будто этот мир начал понимать, что замышляет Сфинкс. Пол завибрировал, а по стене пошла трещина, разрастающаяся как ветви деревьев. На ноги осыпалась черная штукатурка, испортив белизну кроссовок. – Беспокоиться о тебе мне нет смысла, так?
Парень развернулся и со всей силы ударил ногой по двери. Он не медлил и перешагнул за порог, как выглянул обратно и тихо прошептал, немного нахмурившись: - Думаю, напротив свободно.
Дверь захлопнусь, оставляя безрукого в полной темноте, глушащей все виды чувств, к которым он привык. Его глаза здесь ненужная и даже опасная вещь. Они могут обмануть своего хозяина, поэтому он закрыл их, вслушиваясь в вибрации воздуха. Около ног что-то проползло и оплело правую ногу, сжимая сильнее с каждым движением. Затылком Сфинкс ощущал холодное дыхание, как будто позади него включили маленький, но мощный вентилятор, приставив к затылку.
- А если идея была неправильной? Подвергнешь всех опасности, Сфинкс… - знакомый голос отчеканил слова в его голове, туманя рассудок.
- А я верю в свои идеи, - ухмыльнулся безрукий, вдохнув полной грудью. То, что сейчас стоит позади него  - ложь; то, что сейчас происходит вокруг – двойная ложь с плохими декорациями. Ты ведь ни о чем не сожалеешь, да?
- Да, я виноват.
Голос был осипшим, а слова растягивались - Сфинкс не желал их говорить. Он бы оставил их внутри и не высказал бы никому, кроме зеркал.
- Я многое упустил, хотя должен был заметить. Это моя вина, и я этого не отрицаю.
Тяжелая рука легла на его плечо, сжимая с такой силой, что Сфинкс сморщился. - Ты упустил? Скажи, ты знаешь, кто сделал это?
- О чем ты?
Парень немного покачнулся, но чужая рука его придержала, не позволяя споткнуться об черные тени, овившие его ноги. Сердце забилось сильнее, а дыхание сбилось. Жар подступил к голове, окуная разум в бредовые мысли. Кто-это-сделал? Он не мог ответить на этот вопрос. Не потому, что просто не знал ответа, а потому, что даже не предполагал подобное. Волк всего лишь уснул и не проснулся… Всего лишь? Что-то в то утро ощущалось в комнате, что-то тяжелое и острое витало в Четвертой. Но подумал бы Сфинкс, что смерть Волка была не простым стечением обстоятельств?
Если бы у него сейчас были руки, то он бы встряхнул эту мразь с такой силой, что тот бы никогда больше и не задумался о создании таких ловушек. Слова, сказанные видением, наталкивали зеленоглазого на страшные рассуждения. Если они окажутся правдой, то… Винить в смерти его старого друга придется кого-то из близких, очень близких людей, которые всегда находятся с ним по одну сторону, которые едят с ним за одним столом, живут в одной спальне и делятся историями.
- Господи… - Сфинкс взвыл и резко развернулся, встретившись с желтыми глазами. - Я тебе не верю.
Он со сталью в голосе проговорил каждое слова, как будто убеждая себя в их действительности. Все это просто не могло быть правдой. Бледный бы точно что-то заметил, поэтому все сказанное в этой комнате было ложью, чтобы втянуть Сфинкса еще глубже в западню. 
Комнату заполнил смех полный удовольствия, и Сфинкс был уверен, что не будь здесь такой темноты, то он бы увидел самодовольный оскал, пересекший лицо Волка. Это было невыносимо, это заставляло злиться с каждой секундой заливистого ядовитого смеха.
- Что здесь смешного? – процедил парень,  сдерживая себя из последних сил.
- Узнаешь… Узнаешь. Совсем скоро, ты все поймешь. Что ты сделаешь тогда? – с каждым словом голос становился все тише, в конце перейдя на тихий шепот. Щелчок – и Сфинкс оказался в коридоре с обвалившимися стенами, за которыми чернелась пустота.
- Чумка, - выкрикнул парень, посмотрев вверх и встретившись с потрескавшимся потолком. - Тебе не должно ничего мешать, так что вытаскивай нас.
В коридоре все еще не было Химеры, но безрукий знал, что она обязательно появится в скором времени. Он также знал, что когда они вернутся в Дом, это «что-то» исчезнет, испарится, как будто его и не было. Лишь зерно сомнения, посеянное в его душе, останется, прорастая ядовитыми корнями.

Отредактировано Сфинкс (2015-05-05 18:20:19)

+1

27

Химера сложила руки на груди и нахмурилась. Ну разумеется он не знает. Но предположить было бы можно. Но нет - работать мозгами Сфинксу явно не с руки. Ах да, конечно. С руками у него вообще сложные отношения. Почему-то зеленолосая никогда не задумывалась над вопросом, а где собственно Сфинкс потерял руки с таком возрасте? Ведь она точно знала, что он появился здесь в том же возрасте, что и она. Хотя глупый вопрос - если она умудрялась попасть сюда после аварии, то и он видимо как-нибудь. Но сейчас девушке было не до философских рассуждений.
-Представь себе, так же как и ты - но по своей воле, о чем уже жалею. Я смотрю помощь тебе точно не нужна, - недовольно заметила Химера и мрачно добавила: Единственное о чем я могу жалеть, так это о том, что я до сих пор на этой стороне дома, а не на той. Больше мне нечего ни боятся, ни жалеть. Потому что все упирается в одно. И не смотри на меня так. Я уже сказала, что уже пожалела, что полезла сюда. И вообще - какого черта ты как дебил торчишь здесь, коль знаешь куда идти? - возмущенно закончила девушка, продолжая злиться на парня, который действительно злил ее своими мыканьями без дела. То, что она сама не знала что делать, она как-то условно не замечала. Что было вполне привычным делом для каждого. Не замечать за собой. Когда Сфинкс начал вдруг обращаться к Чумке, девушка только пробормотала себе под нос что-то про отсталых идиотов. Иногда ей начинало казаться, что если бы не она, то мир бы точно рисковал провалится куда-нибудь на очередной круг ада. Однако от действий парня мир пришел в движение и посыпалась штукатурка, заставив Химера замереть на какое-то мгновение, а после выругаться многим громче. Просто потому, что если этот идиот обрушит тут все - то вряд ли это будет выходом. Пока она собиралась высказать Сфинксу все что она думает о его умственных способностях, он снова куда-то шагнул и пропал. Хлопнула дверь, девушка не заметила какая. И настала тишина. Звенящая и неприятная. Химере она не нравилась. Она снова давила, как будто тело стало свинцовым и неподвижным. Тишина сводила с ума. Хотелось закричать, чтобы услышать свой голос. Но тело было скованно невидимым грузом. И что-то подсказывало, что Сфинкс не вернется. И никто ей не поможет, не спасет от тишины и одиночества. И ее тело навеки будет похоронено среди запаха плохой смерти. Никто к ней не придет. Она никому не нужна. Сирены здесь нет. Через силу, зеленоволосая разлепила губы и глубоко вздохнула. Двигаться действительно было тяжело, но она была упряма. Она двигалась вдоль дверей, делая передышки и открывая их. Казалось коридор бесконечен. За каждой дверью ее ждала пустота и темнота, приглашая ее внутрь. Но девушка была уверена, что ей не туда. И она шла вперед. С каждой открытой дверью становилось легче. Темнота выходила за границы открытых комнат и наполняла коридор, стирая пути отхода. Раздавался чей-то смех. Кто-то смеялся над тем, как девушка отрезает себе пусти к отступлению. Ведь рано или поздно ей придется зайти в одну из комнат и растворится в темноте. Но зеленоволосая все шла вперед. Последняя дверь и идти уже слишком легко. Будто веса нет вовсе. Только трезвость мысли и никаких эмоций. Все ушли туда, в открытые двери. Последний раз нажать на ручку и толкнуть дверь, открывающуюся внутрь. И внезапный свет. Коридор с разрушенными стенами. Шаг вперед, еще шаг. И дверь растворилась в темноте накрывшей ее. Но темнота остановилась за ее спиной. Затаилась. Впереди была она же. И на маленьком промежутке стоял Сфинкс. Но Химера сама не понимала, стоило ли ей его теперь искать. Окна закрашенные черной краской - символично для промежутка памяти. Она помнит эти окна, пускай их сотворила не она. Старшие. Слишком давно это случилось. Дойдя до парня, Химера положила руку ему на плечо.
-Кажется здесь больше нечего делать. По крайней мере нам. Мы здесь лишние. Мы мешаем картинке исчезнуть, - сказала она, смотря в окна и видя за ними свет, которого тут быть не должно. Потом она сделала шаг в сторону окон и облокотилась на этот символ ненависти к изнанке. Провела вслепую пальцами по подоконнику и ничего не ощутила. Это был всего-лишь рисунок.
-Интересно. Если нас стереть, то мы исчезнем совсем или все-таки только отсюда? - спросила она поднимая взгляд на Сфинкса и замечая что-то.
-Ты над чем-то задумался. И вовсе не о том, как выбраться, - сказала она, скорее констатируя факт, чем спрашивая. Но ей было не сильно интересно и она отвела взгляд. Потом просто закрыла глаза и попыталась представить, что ее здесь нет. И тогда было два варианта. Либо темнота поглотит ее и она станет ее частью. Либо мир исчезнет и глаза она откроет уже где-нибудь не здесь. Например во дворе Дома. Или на изнанке, что ей конечно хотелось бы больше. Но в чудеса Химера всегда верила мало. А изнанка было скорее не чудом, а фактом, о котором не многие могли поведать. Холодок пробегал по коже. Оставалось ждать и вслушиваться. Тело было все таким же невесомым. Будто весь тот пережиток одиночества, что случился с ней когда-то растаял и больше не намеревался вернутся. Оставалось только одно это слово будто нарисованное белой краской неровными буквами на черной стене - Ждать.

+1

28

Удивительно, что может сделать человек - по собственной ли, по чужой воле. Иногда сотворенное вызывает неожиданное удовлетворение, иногда раздражение.
Чумка же терялась. Рисунок перед ней был чужим, инородным, созданным с чужими помыслами, но ее руками. А еще он был опасным, затягивающим в себя, мучающим людей. А она беспомощно наблюдает за этим, ощущая вину, переживая, нервничая, гадая, чем может помочь, и не находя нужных ответов.
Глядя сверху вниз на этот странный лабиринт, она ничего не могла разобрать. Ей были недоступны чужие страхи, мысли, воспоминания. К тому же, художница не так хорошо знала Сфинкса и Химеру, чтобы хотя бы догадываться о таких вещах. Чумка была глуха к их обращениям и крикам - они просто не долетали до нее. От рисунка ощутимо веяло старостью, пустотой, холодом, а это уже наталкивало на мысль, что ничего хорошего там происходить не могло.
Стирать злосчастное творение Чумка боялась - вдруг это каким-либо образом навредит ребятам. Но решать нужно было быстрей; линии-стены начинали крошиться, исчезать, а свободное место уверенно занимала, затапливала густая чернота. Паника становилась все ощутимей. Чумка изо всех сил сжала ластик, стирая маленькие фигурки. Как только перед ней начали вырисовываться нечеткие тени, обещающие через несколько минут стать полноценными и реальными, она резво рвет лист пополам. Треск кажется спасительным.
Голова немного прояснилась, и дышать становится легче. Она вздыхает, поднимает взгляд на стоящих перед ней, осматривает их, подмечая кровь.
- Все в порядке? - излишней встревоженности в ее голосе быть не может. Дело казалось серьезным.

0

29

Сфинкс пропустил слова Химеры, адресованные ему, мимо ушей, вслушиваясь в дребезжание стекол. Он чувствовал, что совсем скоро это место исчезнет, а Чумка постепенно, черточка за черточкой, строит им дорогу в свой мир. Вот парня обдувает теплый ветерок, а солнце непривычно греет спину. Сфинкс слышит треск бумаги и открывает глаза, немного щурясь – такое буйство красок после черно-белого мира воспринималось болезненно. Боль в ноге снова дала о себе знать, и безрукий немного скривился.
- Да, вполне, - сказал он, сделав несколько шагов назад и осмотревшись по сторонам. Ничего необычного. Все как прежде, и если он сейчас об этом кому-нибудь расскажет, то во всех его странных фантазиях обвинят нехватку сна. Разве что Табаки может воспринять эту историю всерьез, так что лучше держать язык за зубами. За отговорку может сойти и Крысятник. - Ну да, драка с Крысами, - еще раз повторил про себя зеленоглазый и перевел взгляд на Химеру. Повреждений на девушке, как и на Чумке, не наблюдалось, так что маловероятно, что кто-то заинтересуется их отсутствием на несколько часов. Или минут?
- Раз мы все в целости и сохранности, то можно расходиться. И… - Сфинкс бросил взгляд на блондинку. – Не пытайся больше скрывать такие вещи. В следующий раз все может закончиться намного хуже.
Сфинкс развернулся и медленно побрел к Дому, немного прихрамывая. У него много дел: наврать стае о его приключении, отыскать залежи колес и подумать о том, что сказало то существо. Времени предостаточно, так что Сфинкс хотел успеть до полуночи.

0

30

Когда мир рассыпался, зеленоволосая смотрела лишь в темноту под собственными веками. Это было практичнее. Сознание накрыла тишина. А после она услышала звуки живого мира. Они были яркими, волнующими. Заставляли ощутить трехмерность существующего. И только тогда она открыла глаза. Сфинкс тоже был тут, у крыльца, где сидела Чумка, уже кажется пришедшая в себя. И если на Химеру еще действовал эффект рисунка, то парень похоже не ощущал уже ничего вовсе. Просто прочитал Чумке лекцию о поведении и ушел. Скатертью дорога, - мрачно подумала Химера. Она была не согласна с тем, что Сфинкс сказал блондинке. Просто потому, что он даже не понял, что в Чумке было что-то еще, что она не понимала что творила. Зеленоволосая чуть обеспокоенно оглянулась на девушку и присмотрелась к ее взгляду. Нет, похоже сейчас с ней было все в порядке. По крайней мере заглянув внутрь нее, Химера не нашла ничего чужого. Только похоже потерянность и усталость. И она-то была вполне понятна.
-Идем отсюда. А тебе надо поспать. Нормально и без всяких приступов лунатизма. Я послежу, - предложила девушка и подождав, пока Чумка соберет все свои вещи, вместе с ней отправилась обратно в дом.

0


Вы здесь » Дом, в котором » Интермедия » Художник с другой стороны